Москва
Москва
Петербург
u u u u u Мнение редакции

Сорок первый. Opus Posth

Повесть о первой любви, поставленная Виктором Рыжаковым о гражданской войне, дала возможность актерам Яне Сексте и Максиму Матвееву проявить весь свой лиризм.

Ранняя повесть Бориса Лавренева «Сорок первый» о красноармейке Марютке, давшей двойную промашку — сначала не попав пулей в белого офицера Говоруху-Отрока, а потом и влюбившись в него, — читается сегодня с некоторым удивлением. Не сюжетом, а тем, что уж больно красиво написана.

Опубликована она в 1924 году человеком, прошедшим Первую мировую войну в царской армии, а Гражданскую — командиром красного бронепоезда. Однако в прозе его горечь окопного опыта не чувствуется. Скорее, проглядывает самозабвенный стилист, некогда публиковавшийся в альманахе московских символистов «Жатва».

Режиссер Виктор Рыжаков не лишил своих молодых актеров удовольствия для начала поиграть лавреневскими строчками. Они выходят на сцену в своей привычной сегодняшней одежде и, откровенно любуясь словами, начинают: «Сверкающее кольцо казачьих сабель под утро распалось на мгновение на севере, подрезанное горячими струйками пулемета, и в щель прорвался лихорадочным последним упором малиновый комиссар Евсюков». Почему Евсюков вдруг малиновый, Лавренев объясняет так: «Когда заткнул Колчак ощеренным винтовками человечьим месивом, как тугой пробкой, Оренбургскую линию, посадив на зады обомлелые паровозы (…) не стало в Туркестанской республике черной краски для выкраски кож». Ну как через все эти «обомлелые паровозы» продраться к грубой ясности войны: полюбила Марютка врага, да сама же и убила его, как только тот завидел своих.

Рыжаков, похоже, продираться и не собирался. Напротив, к словесным красотам он добавил еще и постановочные. Сцена объяснения происходит на плоту, который раскачивается на фоне знаменитых кадров из «Титаника» с парой влюбленных на носу корабля. И хотя мхатовские актеры довольно быстро переодеваются в костюмы героев, а потом постепенно и перевоплощаются в них, хотя на сцене живописно разбросаны приметы истории: груда солдатских ботинок, стреляные гильзы разных калибров, оловянные солдатики, зарывшиеся в песке, — война так и осталась экстремальным антуражем для повести о первой любви. Именно любовь со всем юношеским пылом и искренностью обаятельно играют Максим Матвеев (Говоруха-Отрок) и Яна Сексте (Марютка). Малиновый же Евсюков в исполнении Павла Ворожцова воспринимается не как грозный страж революционного долга, а как самая незадачливая сторона любовного треугольника. А то, что Марютка строчит стихи о Ленине и пересыпает речь присказкой «рыбья холера», лишь добавляет истории романтичности.

Спектакль «Сорок первый» при всей постановочной изобретательности легок и прост, сыгран с удовольствием и смотрится на одном дыхании.

24 февраля 2008,

Афиша

Загружается, подождите...
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация