Майская ночь, или Утопленница
Автор
Николай Римский-Корсаков
Режиссер/Постановщик
Александр Титель

О спектакле

Развеселая опера Римского-Корсакова, сохраняющая юмор и мистику Гоголя, от Тителя.

В свое время Римский-Корсаков по праву оспаривал у Чайковского титул первого оперного композитора на Руси.

Однако если шлягерный Чайковский, пусть даже представленный всего двумя опусами («Евгений Онегин» и «Пиковая дама»), заполонил собою решительно все оперные сцены российских городов, то Римский-Корсаков с его внушительным послужным списком отменнейших шедевров («Царская невеста», «Сказание о невидимом граде Китеже», «Садко», «Сказка о царе Салтане», «Майская ночь», «Золотой петушок») известен, так сказать, номинально. Только «Царская невеста» ставится регулярно, а из остальных опер театралы довольствуются скудными объедками вокальных и симфонических номеров — то какое-нибудь сопрано прощебечет арию Шемаханской царицы, то симфонический оркестр грянет «Сечу при Керженце» или из чьего-нибудь мобильного телефона раздадутся милые сердцу звуки «Полета шмеля». Для настоящего ценителя — это все равно что дырка от бублика.

Год 2008-й обещает исправить ситуацию — российская общественность приготовилась встречать 100-летие со дня смерти композитора. Первый на поклон выходит Музыкальный театр им. Станиславского и Немировича-Данченко, представляющий одну из самых искрометных и мелодичных опер юбиляра — «Майскую ночь» на сюжет одноименной повести Гоголя. Типичная для гения русско-украинской словесности смесь фольклорной наивности и лихой фабулы, перченого юмора и будоражащей душу мистики здесь тут как тут — и Римский-Корсаков придумывает к ней восхитительную музыкальную огранку. Чего стоит одна увертюра, создающая поэтическую атмосферу душистой южной ночи (либретто советских времен начинается многообещающей фразой «Гуляют парубки и девушки…»), или комические перебранки главной героини, Ганны, с ее будущим свекром Головой — рядом с ними меркнут диалоги из «Моей прекрасной няни». В случае с «Майской ночью» публика смеется не потому, что так предписано программкой, — юмор Гоголя, помноженный на заводную музыку Римского-Корсакова, даже самого отъявленного меланхолика заставит улыбнуться.

В Музыкальном театре за оперу взялись столь ответственно, что даже перенесли премьеру — она, по первоначальной идее, должна была состояться 7 февраля. То, что не состоялась, — скорее плюс, нежели минус: оперные завсегдатаи уже устали огорчаться откровенно сырым премьерам, когда солисты едва выучили текст, а оркестр силится совпасть по времени с хором, так что будет лучше, если изысканные ансамбли «Майской ночи» певцы пройдут еще пару раз.