Рестлер

Плюньте на "Оскары" - вот по-настоящему лучшая мужская роль года.

Рэнди «Рэм» Робинсон, мятый, латаный, нашпигованный стероидами, заклеенный скотчем и крашеный перекисью ветеран рестлинга, покачиваясь, выходит из реанимации.

В кармане — несколько сотенных гонорара и выписанный врачами смертный приговор: второй инфаркт будет последним. Больше никаких приседаний и отжиманий. Рэнди идет работать в супермаркет, но, постояв недельку в отделе мясной гастрономии, возвращается на ринг.

Все видели «Рокки Бальбоа». «Рестлер» — это то же самое, только про плохого парня и гораздо умнее — зря, что ли фильм получил главный приз в Венеции? Здесь изуродованный пластическими операциями Микки Рурк возвращается в драму после многих лет шутовства. Кого он там играл последние 10 лет, пока жил на выдаваемые агентом суточные и дважды в неделю посещал аналитика? Заключенных-трансвеститов, варщиков винта, маргинала из комикса, охотника за головами… В «Рестлере» Рурк, играет наконец самого себя, но в его экранном альтер эго нет той наивной до тупости, напыщенной самовлюбленности, которая раздувала бицепсы старика Сталлоне. «Рестлер» — это трагедия, причем трагедия не отдельно взятого бойца-одиночки, а людей шоу-бизнеса вообще. Об этом вы можете прочесть в каждом втором актерском интервью — человек полностью теряет себя в бесконечной череде ролей и дублей, жизнь выдуманых персонажей занимает место дачи, семьи и прогулок с собачкой.

Вся эта вековая печаль наваливается на героя от одной-единственной, гениальной, сценарной находки — выбора профессии главных героев (у Рэнди есть еще знакомая стриптизерша Кэс, с которой он пытается завязать отношения). Рестлинг, как и прайват дэнс — это заведомый фейк, имитация, исход и основные события поединка расписаны заранее. Но кровь, удары рожей об пол, порезы, которые борцы тайно наносят себе бритвами, и степлеры, которыми они дырявят противника, — все это настоящее. Когда мы видим боксерский матч Рэмбо — мы видим ложь, постановку, притворяющуюся спортом. Когда мы видим исцарапанного Рурка, показушно летящего на канаты, — мы видим правду, прямую трансляцию кровавого цирка, перед камерой происходит в точности то же, что происходит в настоящих боях без правил.

Аронофски (для которого «Рестлер» тоже возвращение после ужасного «Фонтана») всячески старается поддержать это ощущение правды. Камера в псевдодокументальной манере семенит за Рурком, периодически заваливается и мелко дрожит. Впрочем, за этим синема верите снова скрывается хитрый обман — на самом деле Рэнди Робинсон живет не сейчас, не с нами, а в глубоком прошлом: прическа, одежда, трейлер со стойками для магнитофонных кассет, ископаемая игровая приставка… Иллюзия 1980-х развеивается только после прихода героя в секонд-хенд за обновками. Его шашни со стриптизершей Кэссиди тоже полны двусмысленностей — ей вообще-то нельзя тусоваться с клиентами, а уж тем более целоваться с ними. Но больше-то она ни с кем не знакома! А жить так хочется! И вот начинается еще одна карусель: раздеться — не раздеться, сплясать — не сплясать, кто я — женщина в бикини или человек. Реальность и исполнение снова сплетаются так, что не отодрать. Но именно запутавшая все женщина и вносит окончательную ясность, за пивом сбалтывая несколько претенциозную мораль всей этой истории. «Сходи, посмотри “Страсти Христовы” — советует Рэнди стриптизерша. — В него тоже кидали всякой дрянью, а он терпел!»

Выбор Time Out на этой неделе:

Сорванцы из Тимпельбаха

О’Хортен

Хранители

Василий Корецкий
13 марта 2009